Колдуны и знахари Брянщины: традиции, портреты и фольклор по материалам книги Лики страшной Брянщины

Брянская область — это край густых лесов, бездны болот, старинных рек и не менее густой слой архаичной традиции. Здесь, как нигде больше в Центральной России, сохранилась уникальная мифологическая картина мира, где граница между бытом и сверхъестественным стирается практически полностью. Фигура колдуна (или, более точнее по местному наречию, знахара, колдуна, черноработа) в Брянщине — это не персонаж сказок, а реальный социальный и сакральный институт, зафиксированный учеными и жителями районов до наших дней.

Источники знаний: «Лики страшной Брянщины»

Главным фундаментом для изучения этой темы является фундаментальная работа преподавателя Брянского государственного университета Владимира Дмитриевича Глебова — книга «Лики страшной Брянщины» (Былички и бывальщины), вышедшая в 2011 году (Издательство ОГУ).

Масштаб: 641 история, записанная с жителей всех 27 районов области за 30 лет (1981–2011).
Метод: Академическая строгость: сохранение диалектной лексики, анкетные данные рассказчиков (ФИО, возраст, образование, место жительства), научное введение «Брянская демонологическая проза».
Ценность: Это не литературная стилизация, а «сырой» фольклор людей, живших в «царстве дремучих брянских лесов, болот и туманов».

Именно эта книга дает нам наиболее полное представление о том, кто такой брянский колдун, как его узнают, чего боятся и к чему обращаются.

Кто такой брянский колдун: терминология и сущность

В брянском фольклоре четко прослеживается иерархия и разделение функций. Не всякий «колдун», злоумышленник.

Знахарь (Знахариха) — «Белая» сила

Это целитель, обладающий секретным знанием (знать — знать, уметь). Он лечит травой, словом (заговором), манипуляцией с предметами (нить, вода, воск).

Снимает «спороту» (сглаз), порчу, страх.
Помогает в быту: находит потерянное, защищает скот, гадает на судьбу.
Часто наследует дар по роду (от бабушки к внучке, от дяди к племяннику) или получает его через «обучение» у старшего знахаря.

Колдун / Черноработа — «Черная» сила

Фигура амбивалентная, но в бытовых рассказах чаще, источник угрозы. Это тот, кто «учился» не на добро.

Порча, сглаз, наведование болезней.
Оборотничество: уникальная черта брянской демонологии. Колдуны и ведьмы превращаются в волков, собак, кошек, ворон, даже в «собаку с человечьей головой» (упоминается в сборнике Глебова).
Управление нечистью: домовыми, лешими, кикиморами, хлевниками.

Кликуша / Ведьма

Женская ипостась негативной магии. Часто ассоциируется с «кликушеством» — истерикоидными припадками, считавшимися признаком одержимости или даром пророчества/вреда.

«Брянские люди и сейчас, в компьютерный век, остались полуязычниками… Уж они-то не понаслышке знают, что такое русская нечисть»., из введения к книге В.Д. Глебова.

Портрет колдуна по данным экспедиций (1981–2011)

Анализ сотен историй из сборника «Лики страшной Брянщины» позволяет выделить устойчивые маркеры, по которым местные жители идентифицируют «своего» колдуна:

Внешность и поведение: часто — одинокие старики, странности в одежде, «злой» или «пронзительный» взгляд, от которого «холодок по спине бегает». Избегают креста, не заходят в церковь (или заходят «не с тем крестом»).
Атрибутика: «черная книга» (грамота), особые травы (сбор в определенные дни — на Ивана Купала, в полночь), восковые свечи, шерсть животных, кости.
Язык магии: заговоры шепотом, часто с искаженным церковнославянским лексиконом, обращения к «силе», «вечеру», «утру», природным стихиям.
Социальная изоляция/страх: колдуна боятся, но уважают. С ним не ссорятся, угощают первым, просят не обижать скот. «Курицу через реку соседу не отдавали, считали, несчастье дому будет», — отмечает Глебов, описывая климат страха.

География магии: где живут колдуны?

Сборник Глебова охватывает все районы, но особую плотность легенд и «бывальщин» демонстрируют:

Суражский, Клетнянский, Навлянский, Стародубский районы — глубинка, где лес и болото вплотную подходят к домам.
Брянский, Дыатковский, Жуковский районы — даже в пригородной зоне сохраняются истории о конкретных «знахарях по порчам».
Погранье с Украиной и Беларусью (Климовский, Новичковский, Красногорский районы) — зона смешения традиций, сильное влияние «чернобыльской» мифологии (мутанты, инопланетяне, призрачные города) на образ врага/колдуна.

Лес (дерево, лес, пустошь) — главная сила-место. Именно в лесу колдун «учится», встречаеться с лешим, собирает траву, проводит ритуалы в полночь на перекрестке или у старого дуба.

Специфика брянской колдовской практики

Оборотничество: бренд Брянщины

Если в северных традициях оборотень, это часто проклятый, то в Брянщине колдун-оборотень, это активный агент. Он надевает «волчью шкуру» (или оборачивается без атрибутов по воле) чтобы:

Стремиться на саббат (на лысую гору, в пустошь);
Красть чужой скот, душить коней в хлеву (хлевник — помощник колдуна).
Напугать врага, проследить за кем-то невидимым.

В сборнике Глебова фиксируются случаи, когда «собака с человечьей головой» нападала на прохожих, а потом выяснялось, что это сосед-колдун.

Работа со «страхом» и «споротой»

Главный запрос к знахарю, «снять страх» (у детей и взрослых) и «спороту» (сглаз). Ритуал стандартный: вода, воск, молитва/заговор, «разливание» воска в воду — чтение фигур. В Брянщине это называют «лить воск» или «гласить страх».

Заговоры на оружие и удачу

Специфический пласт — «мужская» магия: заговоры на ружье, чтобы не промахиваться на охоте, на сеть — чтобы рыба заходила, на нож — чтобы резал и защищал. Это эхо воинской и охотничьей культуры региона.

Колдун в современной Брянской области (контекст 2026 года)

На 2026 год ситуация трансформировалась, но не исчезла:

Уход в подполье и коммерциализация

На смену деревенским бабушкам-знахарям пришли «специалисты» из районных центров и Брянска. Объявления «Сниму порчу, гадание, приворот» встречаются в газетах-буллетенах, в соцсетях (ВК, Одноклассники, Telegram-каналы районов), на досках объявлений у аптек и магазинов.

«Психологическая» реинтерпретация

Молодое поколение часто трактует поход к знахарю как сеанс психотерапии. «Снять страх» = снять паническую атаку, тревожность. Заговор воспринимается как аффирмация или медитация. Но эффект плацебо/вера работает безотказно.

Неоязычество и реконструкция

Появились группы «родноверов» и энтузиасты, пытающиеся «восстановить» брянскую магию по книгам Глебова, А.Ф. Анафиевой, фольклорным архивам. Они проводят купальские костры в лесу у Десны, Снежи, Болвы, практикуя «старые обычаи».

Туристический бренд

Брянская область начинает продвигать бренд «Мистическая Брянщина». Разрабатываются экскурсионные маршруты: «Места силы», «Деревни знахарей», «Лешие и кикиморы». Музеи (Брянский краеведческий, музеи районов) создают экспозиции «Магия Брянского края» на базе материалов Глебова.

Этика и правовой аспект: где грань?

Важно помнить: Уголовный кодекс РФ (ст. 175 УК РФ, мошенничество) полностью распространяется на «магические услуги», если доказана корыстная цель и причинение имущественного вреда.

Не платите огромные суммы за «снятие корона смерти», «привороты», «возврат мужей» — это 99% развод.
Не отказывайтесь от официальной медицины в пользу «заговоров от рака/диабета».
Настоящие знахари (по традиции) не выставляют счетов — им дают «подарок» (еду, ткань, небольшие деньги) по воле и возможностям пациента.

Культурный код: почему это важно?

Фигура колдуна в Брянской области — это не просто суеверие. Это:

Механизм социального контроля: страх стать «колдуном» или пострадать от него регулирует поведение в замкнутых общинах.
Психологическая разгрузка: списывание неудач на «порчу» снимает ответственность и тревогу («не я виноват, меня сглазили»).
Сохранение языка и памяти: заговоры — это уникальные памятники диалектной речи, архаичной лексики, исчезающей с носелями.
Идентичность: «Мы — брянские, мы в лесу выросли, мы нечисть знаем» — элемент регионального гордости и отличия от «городских/москвичей».

Колдун в Брянской области — это живой архетип. Он не умер с приходом электричества, интернета или газа в деревни. Он мутировал, адаптировался, ушел в чаты мессенджеров и на страницы туристических буклетов. Но если вы окажетесь в глубинке — в Суражском или Клетнянском районе, в летнюю полночь, когда туман стоит над Десной, а из леса доносится вой (ветер? леший? сосед-оборотень?), вы поймете: Брянщина остается страшной и волшебной. И пока есть лес и люди, верящие в силу слова и травы — колдун будет здесь жить.