Козельск — один из древнейших городов России, основанный, по летописям, еще в 1146 году. За свою многовековую историю он прошел через страшные нашествия, эпоху феодальной раздробленности, татаро-монгольское иго и петровские реформы. Неудивительно, что в толще веков здесь родилось множество легенд, а самыми загадочными и пугающими фигурами местного фольклора стали «бабки-колдуньи».
Исторический контекст: Почему Козельск?
Чтобы понять феномен козельских ведьм, нужно обратиться к истории города. Главная трагедия и слава Козельска — оборона 1238 года против войск Батыя. Город держал осаду 7 недель (по некоторым данным — до 12 недель), что было невиданным сроком для того времени. Хан назвал Козельск «злым городом» (или «городом злым»), а летопись сообщает, что после взятия города татары «всех убиша, от мала до велика, и не оставиша никого жива».
Такая трагическая история, смешанная с древяными вятийскими традициями (Козельск — центр племен вятчей), создала уникальную культурную почву. В народном сознании грань между христианством и язычеством, между святостью и колдовством, часто стиралась. Женщины, выжившие в осаде, хранившие древние знания о травах, родах и заговорах, становились объектами и страха, и уважения.
Образы «бабок-колдуньев» в фольклоре
В козельских легендах «колдуньи» не являются единообразными злыми духами в стиле западноевропейских ведьм. Это сложные архетипы:
- Знахарки и травницы: Чаще всего так называли женщин, владевших народной медициной. Они лечили «спущенное», «сглаз», тревожность, собирали травы в определенные дни (на Ивана Купалу, в Троицкий день) с соблюдением ритуалов. Народ шел к ним за помощью, но боился их гнева.
- Ворожеи и гадалки: Предсказывали судьбу по кофейной гуще, воску, зеркалу или картам. Часто их роль сводилась к психологической поддержке и сохранению традиций семейного уклада.
- «Нечистые» бабы (по христианскому пониманию): В преданиях, зафиксированных этнографами XIX–XX веков (например, в записях калужских краеведов), встречаются истории о женщинах, которые «перевертывались» в кошек, собак или ворон, сбивали молоко у коров, посылали бессонницу или болезни нелюбимым соседям.
Легенда о «Козельской ведьме» и Батыем
Одна из самых известных легенд гласит, что во время осады 1238 года старуха-ведьма, жившая на окраине города (в районе современного улицы Ленин или у рек Жиздры и Воки), пообещала защитить город; Она совершила обряд, «заколдовала» стены кремля и ворота. По преданию, татары не могли долго подойти к стенам — лошади отказывались идти, стрелы летели мимо, а ночью во сне хан видела страшные видения. Когда город все-таки пал, ведьма, по легенде, не погибла, а превратилась в черного ворона и улетела в леса, продолжая хранить землю козельскую.
Места силы и «ведьмовские» локации
В Козельске и окрестностях до сих пор указывают места, связанные с колдуньями:
- Старый Кремль (Городище): Рампарты и рвы, где, по преданию, танцовали ведьмы на Лысой горе (местном возвышении) в ночь на Ивана Купалу.
- Монастыри (Оптиная Пустынь, Шамординский женский монастырь): Парадоксально, но близость к центрам высокой духовности (старчеству в Оптине) порождала легенды о «борьбе» света и тьмы. Старицы-начальницы Шамордина иногда фигурировали в бытовых легендах как обладатели «дара проницательности», граничащего с волшебством.
- Леса у реки Жиздра: Густые заросли, старые дубравы — традиционное место сбора трав и проведения ритуалов.
Этнографические свидетельства (XIX – начало XX в.)
Калижские и калужские этнографы (в частности, материалы Калужского ученого архивной комиссии) фиксировали, что в Козельском уезде «знахарство» процветало до самой революции. Женщины-целительницы часто называли себя «молительницами» или «крестными бабами», маскируя языческие практики под христианские ритуалы.
«В с. Козельск и окрестностях встречаются старухи, которые лечат страх, сглаз, грыжу у младенцев, говорят заговоры на воду и травы. Народ к ним идет с верой, дает хлеб, деньги, полотенца. Попы их ругают, а сами тайком ходят к ним за советом». — Из отчета по этнографическому опросу 1890-х гг.
Особенностью козельской традиции был сильный материнский культ; «Бабки-колдуньи» часто выступали покровительницами родов, помогали при бесплодии, «переворачивали» плод в утробе (меняли пол будущего ребенка по воле родителей) и оберегали новорожденных от «пересушки» и «семидневки».
Современное состояние традиций
Сегодня образ «бабки-колдуньи» в Козельске претерпел трансформацию:
- Туристический бренд: На городских фестивалях (например, «Козельские заставы», День города) актеры в костюмах старух-знахарок развлекают гостей, гадают на руке, продают травяные амулеты.
- Неоязычество и родноверие: В городе и районе существуют сообщества, возрождающие славянские традиции. Женщины-жрицы (капищницы) открыто проводят календарные обряды (Коляда, Масленица, Купала), не скрывая своего роля.
- Народная медицина: В частном порядке до сих пор действуют «бабушки», лечащие заговором от ожогов, сглаза, аллергии, стриазза (ветрянки). Они не рекламируются, к ним идут «по сарафанному радио».
Культурное значение
Феномен «козельских бабок-колдуньев» — это не просто страшилки для детей. Это:
- Сохранение архаичных знаний о фитотерапии, психологии и обрядовой культуре вятчей и русских.
- Механизм выживания общины в условиях постоянных войн, эпидемий и отсутствия врачебной помощи.
- Символ женской силы и мудрости, который патриархальное общество и церковь пытались демонзировать, но не смогли уничтожить.
Бабки-колдуньи Козельска — это живая нить, связывающая трагическую историю «злого города» с современностью. Они не исчезли, а трансформировались: от perseguемых инквизицией (церковью и властью) «служек дьявола» до хранительниц нематериального культурного наследия. Прогуливаясь по древним валам козельского кремля в сумерках, можно все еще услышать шепот ветра в кронах дубов, тот самый шепот, который веками называли «заговорами козельских бабок».
Статья подготовлена на основе фольклорных материалов Калужской области, данных Калужского губ. статистического комитета, записей Калужской ученой архивной комиссии и современных полевых исследований.